Невыносимая легкость бытия - рецензия на фильм

Невыносимая легкость бытия (Unbearable Lightness of Being)
США, 1988
Режиссер: Филип Кауфман
В ролях: Жюльет Бинош, Дэниел Дэй-Льюис, Лена Олин

Вообще-то у нас не принято писать про это кино. Налицо тотальное игнорирование экранизации одного из самых ярких антироссийских литературных выпадов от стран бывшего соцлагеря – скандального романа чешского националиста Милана Кундеры. А между тем, такое игнорирование совершенно напрасно, поскольку экранизацией произведения занимался ветеран американского кино – Филипп Кауфман (В этот момент ретрокиноманы со стажем косятся на затертую до дыр кассету "Вторжение похитителей тел" и хитро улыбаются). Кауфман сумел сгладить острые углы произведения настолько, насколько это возможно, превратив ярко выраженный национализм Кундеры в попытку критики режима, а откровенные порносцены в эротический шедевр, не побоюсь этого слова. Однако антисоветщина осталась, куда же без нее. Тем более, что Кауфман уверенно работал на Оскар, не гнушаясь даже такими методами как нарочито противные рожи советских начальников, распевание хором «Стеньки Разина» и прочих маразматических штампов. Разве только папахи на головы русским не напялил. Но это все осталось в эпизодах. У меня с этим фильмом в первую очередь ассоциируется не антисоветские лозунги, и не американские штампы. Эротика. Та истинная эротика без грамма пошлости, вызывающая сладостное эстетическое наслаждение небесной красотой изгибов женского тела.

Говоря о сюжете, я не лезу в историю политического конфликта, избегая оценок действий сторон, и придерживаюсь нейтральной позиции, описывая лишь факты, данные в фильме. Чехословакия, 1968 год. Время хрущевской оттепели дало толчок к изменению сознания в социалистическом зарубежье. Уже можно открыто разглогольствовать в прессе о жертвах сталинского режима, уже висят на стенах фотографии Битлз, и население вовсю упивается этой внезапной свободой. А в СССР тем временем набирает обороты аппарат Брежнева, постепенно закручивая разболтанные гайки и укрепляя периметр соцлагеря, и в Чехословакию уже едут танки с красными звездами на башнях.

Глоток свободы и удар под дых показаны на примере личного переживания событий молодыми людьми. В центре сюжета – классический любовный треугольник (Кауфман отодвинул четвертый персонаж на второй план, тем самым, выделив только одну линию отношений). Томаш – смазливый врач, таскающийся за каждой юбкой, Сабина – прогрессивная художница, постоянная любовница Томаша, и Тереза – начинающий фотограф-самоучка, молодая жена Томаша, безумно влюбленная в него. Герои мечутся в поисках счастья из крайности в крайность, ударяясь то в активную общественную жизнь, то в меланхоличные эмиграции. В конце концов, каждый, настрадавшись и намучив других вдоволь, обретает свое счастье. Философская составляющая романа очень ярко подчеркнута в экранизации – мы живем лишь раз, и почему бы нам не жить так, как будто этот день последний? Вдыхать полной грудью, любить до безумия, что-то творить, что-то разрушать… словом, наслаждаться каждой прожитой минутой. Легкость человеческого бытия может показаться в таком понимании просто невыносимой, однако каждому свое – кому-то для полноты достаточно единственной любви, кому-то не хватит и всего мира. Кто-то обретет гармонию лишь на родине, а кто-то только за границей. Каждый из персонажей, в конце концов счастлив в своем существовании: Сабина в Америке, вдали от прошлого и настоящего (land of the dreams - еще один кивок киноакадемии, все-таки Кауфман упорно работал на Оскар), Тереза – в деревне рядом с мужем, боготворит своего любимого и пасет коров (какой из нее фотограф, о чем вы говорите), Томаш – там же, при ней, исподтишка попутно портит деревенских дивчин (в конце фильма обратите внимание, как они на него пялятся и подмигивают, и не говорите мне потом, что в деревне он исправился и перестал ходить налево). Короче, все счастливы и довольны. Но к счастью этому они идут несколько долгих, очень тяжелых лет. Зрителю, кстати сказать, тоже предстоит пережить достаточно суровое испытание – фильм длится добрых три часа, и я не могу пообещать всем и каждому, что они «пролетят как одно мгновение». Не пролетят. Но и не протащатся, благо за эти три часа режиссер не даст вам задремать.

Вот и подошли мы к изюминке фильма, к самой его сути, ради которой я и строчу весь этот опус. Пусть дети спят на верхней полке, а мы включаем кнопку «плэй». И вы мне никогда не докажете, что Тинто Брасс гений, потому что умеет снимать голые задницы с какого-то особенного ракурса. Эти его голые задницы, безусловно симпатичные, не стоят ничего, если они весь фильм виляют перед экраном, еще и вперемешку с накачанными небритыми итальянцами. Истинная эротика – это женское тело снятое так, чтобы ни у кого из зрителей даже отдаленно не возникло ощущение пошлости происходящего. Вот к примеру, две хмельные девицы в будуаре с зеркалами устраивают приватную фотосессию с обнаженной натурой. Сидел бы в режиссерском кресле тот же самый Брасс, смотрели бы мы сорок минут, как ползает камера по обнимающимся телам. Достанься такой сюжет какому-нибудь Боровчику, прости господи, так он бы устроил крупноплановое соитие с использованием всех имеющихся подручных средств. Но Кауфман – не порнограф. Ни единого прикосновения, ни даже маленького намека на что-то непристойное. Один единственный эпитет – божественно. Когда у Терезы на глазах появляются слезы – я ее понимаю. Даже глядя на экран, мы переживаем эстетический шок, но каково же ей там, рядом, с фотоаппаратом в руке… И, прошу заметить, описанная сцена далеко не единственная в фильме.

Перейдем к разбору актерских полетов. Именно полетов, поскольку других слов просто нет. Самый яркий образ - ангел в женском обличии, женщина с полотен Ренессанса - Жюльет Бинош. Черты ее лица неуловимо знакомы каждому, я бы осмелился даже предположить, что она в этом фильме являет собой некий архетип женщин, редчайший и самый востребованный. Про таких женщин невозможно ни говорить, ни думать ничего плохого. Им всегда и все прощается. Совершает ли она что-то хорошее или не очень, это не важно. Ты смотришь и все равно оправдываешь ее, потому что не может женщина с такой улыбкой оказаться неправа. Некоторые считают, что в недавнем «Париж, я люблю тебя» она достигла актерских высот, но лично я в этом сильно сомневаюсь. В фильме Кауфмана – она лучшая в своей карьере, возможно даже лучше чем в «Rendez-vous», но об этом как-нибудь в другой раз. А сейчас, второй ярчайший образ фильма - истинный дьявол во плоти (см. Беллоккио), женщина с пропорциями, над которыми разрыдался бы сам Да Винчи - несравненная Лена Олин. Когда Джон Депп в «Девятых вратах» повалил ее на ковер, никто из зрителей даже и не подумал, что могло быть иначе. Лена Олин – это тип женщины, общение с которой всегда наводит на одни и те же мысли. Осовремененный типаж la femme falate, но без челки на левый глаз и с чаплинским котелком вместо шляпки с вуалью. Разве может что либо быть более красивым и желанным, чем тридцатилетняя Лена Олин в черном пеньюаре и котелке? Ну разве только двадцатипятилетняя Жюльет Бинош в мужской сорочке… Этот абзац уже слишком длинный, а я еще не добрался до Дэниэла Дэй-Льюиса. До того, как я смотрел «Невыносимую легкость бытия» ассоциация с этим актером у меня была всего одна – черные глаза и усы мясника из «Банд Нью-Йорка». А между тем, это совершенно другой типаж. Абсолютно полное повторение Лены Олин, только с обратным, скажем так, направлением вектора нормали. Человек, Который Спит с Женщинами. Он может быть небрит, слегка непричесан, одет в старое пальто, может работать на черной работе, но около него всегда вьются женщины, воспринимающие все его недостатки как стиль. А он с ухмылкой дарит им свое внимание. Что у него при этом в голове – один черт знает. Смотрит исподлобья, думает о чем-то своем, а потом неожиданно женится на ангелоподобной девушке из глубинки. Или печатает крамольную статью в газете. Или сбегает в деревню пасти коров. Эти три ярчайших образа буквально затмевают все остальное на экране, и при этом весьма гармонично сочетаются (во всех смыслах) друг с другом.

Напоследок, я подмечу еще два момента. Первое: в сценах с танками в Праге хроника очень грамотно смонтирована с лицами актеров. Ощущения – непередаваемые. Второе: подарок для высоколобых киноманов – Эрланд Йозефсон, фирменный актер сами знаете каких режиссеров. Наконец, резюмирую. Божественная эротика, трехчасовой формат, легкая философия и антисоветская приправа. Решайте сами.

Автор: another_boy