Русский Moulin Rouge. История легендарного кабаре в фотографиях

Фотографии Влады Красильниковой приводят вас в смешанные чувства. Вы, словно незнакомец, попавший на красочный праздник, где только вас и не хватало. Хочется отложить дела, остановиться и… отправиться туда, где вечная юность и вечная любовь. Только мгновение не пускает за кулисы вашей мечты. Но если не сейчас – то почему не сегодня? Это завтра – дворцы и парки, Версаль, Лувр и Comedie franaise.… А сейчас, если вы не придумали ничего заранее - спросите первого встречного, и он вам безошибочно подскажет, куда случайному пришельцу необходимо попасть в Париже первым же вечером, где утонуть и растворится. Разве можно праздник откладывать это на будущее? Бокал шампанского, свет, фанфары – и вы в знаменитом парижском кабаре. Вы узнаете про Paradis Latin и про Crazy Horse, про Moulin Rouge про Lido. Вы узнаете, если полюбопытствуете еще немного, что во всех этих театрах работают русские танцоры. И что больше всего их в Moulin Rouge. «Рашен? Мулен руж?» – переспросите вы. И вспомните про альбом с фотографиями, который вы пролистывали так беспечно. И все станет на свои места. Вниз по второй линии метро до Blanche, или на машине по кольцевой на стрелку в город и Porte St. Ouen. А дальше – даже случайно не проехать мимо. Через пять минут вы на бульваре Клиши. Здесь никогда не наступает тишина. Именно здесь, в доме под номером 82, под красным мельничным поселилась искрящаяся радость...

Если же у вас нет счастливой возможности тотчас оказаться в Moulin Rouge, вам просто необходимо увидеть фотографии Влады Красильниковой – русской звезды французской сцены и фотолетописца прославленного мифа. Может вам повезет, и чудный целостный мир откроется за пеленой черно-белого кадра, за занавесом мечты…

Париж – Лондон – Москва

Жители европейских столиц знают: жизнь притягательна, когда ты посвящен в тайны ее обольщений. Большие города манят нас своими соблазнами и возможностями. Их непрекращаюшийся праздник всегда радует глаз. Особенно, если это праздник-легенда, праздник, которым бредили поколения.

Идея о первой выставке фотографий Влады Красильниковой – «Moulin Rouge» – родилась не сразу. Сначала в маленьком уютном кафе на Монмартре встетились две русских девушки. О чем они говорили? Бог весть. О жизни, об искусстве, об изяществе. Но раговор имел свои плоды. Через полгода в Лондоне открылись две экспозиции: Moulin Rouge в живописи и фотографии. В галерее 27 Cork Street Сергей Чепик представил свою коллекцию офортов и стилизованной графики – два года жизни киевского художника на репетициях и за кулисами. Но, пожалуй, еще больше вдохновила публику экспозиция черно-белых фотографий «За кулисами Moulin rouge», выполненных звездой знаменитой танцевальной сцены Владой Красильниковой. Фотографии пленяли воображение, бередили фантазию, взывали к ностальгическим воспоминаниям, ибо все в них – восторг, легкость, движение, полет... Не мудрено, что эти работы сразу нашли своих покупателей: киноартистов, банкиров, телемагнатов.

Эти выставки были организованы еще одной нашей соотечественницей, бывшим архитектором и художником по костюмам Ириной Емцевой и очень удачно совпали с мировой премьерой фильма «Moulin Rouge» База Лурмана с Николь Кидман в роли легендарной Мистингет.

В итоге, кинолента и фотографии Влады Красильниковой зажили общей жизнью: еще один вернисаж в Лондоне, Каннский кинофестиваль, а в ближайших планах Рим, Вена и разумеется, Москва. Творческий союз Ирины и Влады оказался столь удачным, что заставил вспомнить знаменитые «Русские сезоны» Дягилева. В перспективе – ежегодные выставки. Для этого задумана серия – «Танцевальный мир глазами Влады Красильниковой». Поступили предложения от крупнейших издательств снять коллекцию работ в самых разнообразных парижских кабаре. Новые возможности, новая жизнь, десятки альбомов, буклетов, книг…

Они встретились в кафе на Монмартре, потому, что шли по одной дороге. Теперь Ирина Емцева – представитель Влады Красильниковой в Европе.

Свой взгляд на неожиданный успех Ирина объясняет просто: «Я заметила, что современный Лондон подустал от классических представлений об обстановке жилья. А затем набралась храбрости открыть галерею и стать арт-дилером. Я решила выставлять новые идеи, формы и виды изобразительного искусства. Особенно приятно, что я угадала именно с Владой и с фотографией…»

Канкан в кадре и за кадром

Главное в мифе Moulin Rouge – знаменитый французский канкан. В конце ХIХ века одно танцевальное па стало толчком к раскручивающейся до сих пор традиции эротического кабаре. Как-то молодые парижанки, выпускницы хореографических курсов решили отметить приход осени танцами и шампанским. В «Мельнице» танцевать было заведено. К веселью присоединились модистки и натурщицы. Пылающие очарованием, юностью и вином, девушки стали раздеваться. Поклонники водрузили нимф на столы. Под крики «браво» полуобнаженные натурщицы вскинули юбки и сделали несколько батманов… Потом в полицейском участке студенты доказывали, что это была обычная французская кадриль, с легкой импровизацией. Суды, штрафы, толки и измышления сделали рекламу новому жанру сценической раскрепощенности – стриптизу. Как часто бывало в Париже – вопрос решился в пользу эротики. Студенты отстояли права своих подруг: запрет и обвинения в порнографии были сняты. А французская кадриль, с легкого языка англичан именуемая в дальнейшем французским канканом, стала стилем Монмартра. Так родилось пространство жанра – 6 октября 1889 года в день открытия легендарного кабаре. И таким он был вначале – обожаемый парижанами бордель, где любовь дарили за бокал шампанского, где под непрекращающееся пение танцевали модистки, белошвейки и просто девицы легкого поведения, причем совершенно бесплатно.

В наши дни свобода нравов на сцене и в жизни давно не удивляет искушенный мир. Много театров эротики, еще больше стриптиза, но вот с сексуальностью не все так просто. Moulin Rouge всегда добивается нужного эффекта. Полный зал, восторженные крики – самая бесшабашная атмосфера. А в начале – бокал шампанского, холодная закуска, горячее блюдо и десерт. Начало ужина в 19 часов. Начало спектакля в 21 час, и к этому времени зал уже полон.

В 1999 году на восстановление главного спектакля, который не обновлялся сто лет, ушло полгода. Новая хореография, новые костюмы, музыка, свет. Шоу поставил американский хореограф. На спектакль брошены лучшие сценаристы, модные композиторы, модельеры и миллионы долларов. Собранная со всего света сотня длинноногих красавиц, при одном появлении которых в зале прокатывается едва уловимый вздох удивления и восхищения, по ходу действия сменяет 500 пар разноцветной обуви и 1000 шикарных костюмов. Как всегда – великолепные соло и выходы танцовщиц. Как и всегда – яркость костюмов, эффектные композиции, веселая атмосфера и канкан, канкан и еще раз канкан – веселый, восхитительно безнравственный, мгновенно доводящий до неистовства огромный зал.

Соблазнительный шепот кулис

– Это правда, Влада, что ваша встреча с Moulin Rouge произошла как в сказке: «и они повстречали друг друга»?

–Правда. Все случилось именно так. У меня не было никаких проблем, разве что пришлось учить два языка одновременно.

Влада чуть-чуть лукавит. Ее приход в кабаре был обепечен не только феерическими внешними данными, но арнистическим талантом и упорным трудом. В начале же ХХ века требований для артисток и танцовщиц было два – обаяние и сексуальность. Танцовщиц брали по следующим критериям: не слишком толстые и не слишком худые, не слишком маленькие и не слишком безобразные. При сегодняшних критериях (рост не меньше 1м 73 см, хореографическая подготовка, физическая выносливость) вряд ли модистки типа Ля Гулю могли рассчитывать на успех. Но тогда сексуальность была внове. Уже через год после открытия кабаре стало центром музыки, моды, новой хореографии. Принц Уэльский, будущий Эдуард VII, не раз заказывал столик в модном заведении. Однажды его заметила Ля Гулю и, вскинув ножку, а с ней и свои юбки, крикнула принцу: «С тебя шампанское!» Не помогло ни имя, ни родословная – именитый принц беспрекословно подчинился модистке со сценическим прозвищем. В смелых и раскованных девушек влюблялись графы, поэты, банкиры, художники. Ножки Ля Гулю, по нынешним временам не такие уж и стройные, могли эротически воспламенить любого. Плюс умение вытягивать деньги, и, конечно, умение танцевать канкан. Знаменитый экар танцовщиц кабаре, или нынешний шпагат, был страшно эротичен. Марк Твен сравнивал эту фривольную пляску с шабашем ведьм бурной ночью и добавлял: «Главное – танцевать со всем пылом, шумом и яростью, обнажаясь насколько возможно, и брыкать ногами как можно выше».

И я снова смотрю на фотографии Влады. Перед глазами портреты красавиц в перьях. Гримерные, зеркала… Что-то в этой девушке с усталыми заплаканными глазками притягивает взгляд.

– Какие-то почти родные и узнаваемые лица…Это русские?

– Конечно. Ведь русские всегда узнают своих. Нас здесь 10 человек, поэтому попадание в кадр обеспечено. Потом, русские очень фотогеничны. И печальны, увы... Вот когда я фотографирую австралиек, у меня от смеха долго не проходят морщины на лице. Я призываю их к серьезности, но они постоянно смеются. Такая у них, наверное, жизнь – беззаботная, веселая…

Сто лет тому назад, во время всемирной выставки в Париже, кабаре открывалось с шиком и давкой. Посмотреть на фривольное искусство французских модисток и танцовщиц были приглашены и русские князья Трубецкой и Понятовский. И в дальнейшем русские купцы, офицеры и банкиры чаще других наведывались в новый театр – они лично знали звезд Moulin Rouge.

Сумасшедшие ночи самого знаменитого парижского кабаре могла прервать только Первая мировая война. После того как в 1921 году спектакли возобновились, никто не решался оспаривать у него славу первого в мире мюзик-холла. Отсюда вышли Эдит Пиаф, Жозефин Беккер, Жан Габен, Ив Монтан…

В 1937 году Moulin Rouge окончательно превращается в ночной клуб, где можно купаться в шампанском и тонуть в карнавале распахнутых юбок. В программе – танцы, фейерверки, аттракционы и фирменный канкан. С 1959 года появляются дополнительные залы, шикарная кухня и знаменитый теперь ужин-спектакль. Еще через три года – мировые звезды, будучи в Париже, почитают за честь дать здесь концерт. На 90-летие здесь выступали Шарль Азнавур, Морис Шевалье, Джерри Льюис. Сюда заглядывали не раз Лайза Миннелли, Фрэнк Синатра, Элтон Джон…

Новая эра Moulin Rouge – это аквариум, водный балет с обнаженными танцовщицами, роскошный ресторан, восхищенные возгласы гостей. Глубоко продуманный цельный спектакль, единство, которое мнится хаосом. Девять лет тому назад в этом царстве праздника и соблазна Влада Красильникова оказалась первой русской звездой. А сегодня русские танцовщицы – уже третья по диаспора в кабаре, – отечественная школа хореографии говорит сама за себя...

Фотоувеличение

Так уж повелось, что у Moulin Rouge всегда были летописцы и хроникеры, наверное, потому, что здесь происходило всегда что-то неуловимо существенное, соответствующее настроению времени. В 1884 году на Монмартр переехал художник Тулуз-Лотрек. Он остался здесь, искалеченный судьбой, и до конца дней певцом соблазнов и порока. Под колесом мельницы, где рождалось знаменитое кабаре, в карманах занавесей и кулис, среди модисток, танцовщиц, фокусников и акробатов – всюду мелькала его беспокойная тень. Здесь до сих пор живут образы его персонажей – сексуальные пташки Ля Гулю и Жанна Авриль, эксцентричный Аристид Брюан, чопорная Жильбер…Несколько лет назад в Moulin Rouge, по следам Тулуз-Лотрека, пошел художник Сергей Чепик. Теперь настала очередь Влады Красильниковой.

...Сочетание реального и нереального, как в почерке всего Moulin Rouge. На фотографиях – обшарпанные стены и на их фоне – молодость в перьях, камнях, макияже.… И понимаешь, что перед тобой – настоящая жизнь, не наигранная, со всеми ее слезами, радостями, переживаниями. Запечатленное мгновение, которое, назло Фаусту и его Мефистофелю, все равно прекрасно, ускользающее и от того еще более пленительное.

– Свою первую книгу о Moulin Rouge вы посвятили родителям. Я не спросил у вас, с чего все началось…

– Я родилась в Уфе. Отец – тренер по фехтованию. Мама – тренер по спортивной гимнастике, я ходила за ней «хвостиком»... И началось все с советского детства. Почти нереальные, ушедшие в учебники по новейшей истории, эпизоды из быта. До пяти лет переболела воспалением легких 18 раз. Сказали – безнадежно, меняйте климат. Родители все бросили, и через две недели я оказалась в Туркмении. Потом поиски счастья в Москве, со всем тогдашним набором: застой, кризис, перестройка… Дебют в первом мюзикле Дунаевского и приглашения от нескольких парижских кабаре.

– А почему Moulin Rouge?

– Просто я была слишком высокой для Crazy Horse. Взмахнула ногой – чуть не задела потолок…

–А фотографии – это тоже из прошлого?

– С этим ничего не поделать... Я всегда любила наблюдать жизнь в кадре, а теперь мне нравится следить за ней с обратной стороны. Вот уже девять лет я наблюдаю театр за его кулисами. Думаю, что в этом мое большое преимущество перед другими фотографами.

Остановленное мгновение. Фотоувеличение. Блоу-ап. Красавица вскидывает ногу. Еще нет зрителей, это репетиция. Только глаз объектива. Вспышка.

Автор: Илья Сенин