Сигарная эпопея России. Краткий экскурс в историю табака

Сигарная эпопея РоссииТабак шел в Россию в XVII столетии с нескольких сторон. С севера – морем, из Англии и Голландии; с юго-востока – караванами из Китая, вопреки жестоким запретительным указам китайского императора; а с юго-запада – из Турции. Русские самодержцы тоже пытались бороться с новым пристрастием подданных: при Алексее Михайловиче курильщиков следовало бить плетьми и ссылать в Сибирь.

Петр Первый официально снял запрет на курение в 1689 году, а в 1697–м разрешил и табачную торговлю, пожаловав ее в откуп английскому адмиралу маркизу де Камертену. Император покровительствовал становлению табачного производства: выписывал из–за границы табачные семена и специалистов, поощрял плантаторов.

Через 6 лет была учреждена государственная табачная монополия наподобие водочной. «Казенная продажа» табака дозволялась лишь питейным заведениям, «кабацким бурмистрам и цаловальникам» и выборным торговцам. Нарушителям грозили ссылка и каторга. Впрочем, структура оказалась неэффективна, и табачное дело вскоре отдали в откуп дворянскому и купеческому сословию.

Примерно с этого времени известны в России подобия сигар – «роли», или «рули»: сплетенные в канат табачные листья. Подготавливая для курения, роли нарезали и обертывали покровным листом. Выпускали в Европе и «каротты», состоящие из нескольких прессованных роль. Эту экзотическую разновидность сигар, называемую Culebra, производят и сейчас.

В 1716 году в городе Ахтырке была заведена фабрика: выписанный из Амстердама мастер наладил переработку табака «на такую маниру, как из Голландии отвозят для продажи в Остзей». Здесь же, вероятно, появились и первые отечественные сигары–рули. «Быстрота, с какою русские выучиваются и навыкают всякому делу, не поддается описанию», – писал в дневнике датский посланник Юст Юль.

Первые успехи табачной промышленности
Начало расцвета табачной промышленности приходится на царствование наследницы петровских идей – Екатерины. В 1762 году были отменены «стеснения» откупной системы. Желающие бесплатно получали семена американского табака, инструкции для его разведения и 10–летнее освобождение от пошлин и сборов. К этому же времени относится курьезный эпизод – провал поставок российского табака во Францию. Предприимчивые головы российских купцов удумали подсыпать в тюки толченое стекло – «для весу» и быстро потеряли рынок.

Первая в Санкт-Петербурге фабрика Теофила Буше появилась в 1768 году. В течение 10 лет Буше ввез 600 пудов гаванского и доминиканского табака «для выделывания из них» всех известных видов продукции, в том числе и сигар. Спрос на них был небольшим: «в великой моде» был табак нюхательный. Прикладывалась к понюшке и сама «Державная Фелица», хотя легенда и приписывает ей изобретение сигарной ленты. Интересно, что жевание табака, столь популярное в североамериканских штатах, в России (как и в Европе) совсем не прижилось.

Сигары в Российской империи в XIX веке
К 1812 году в России было всего 6 табачных фабрик, а основную массу товара обрабатывали кустари–надомники, так называемые «табачные мастера».

После заграничного похода русской армии в 1813–14 гг. в страну стали проникать приметы европейского быта. Это подстегнуло развитие табачной промышленности. В 1816 году в России были уже 24 табачные фабрики, а в 1825–м целых 35. В северной столице и ее окрестностях ежегодно «выделывалось» 5 тысяч ящиков сигар, росло производство и в Московской губернии. Производство это было ответственным и требовало особого дозволения.

В 30–е годы стали делать сигары из местного табака в Одессе, в Полтавской и Саратовской губерниях и даже в Западной Сибири. Какого качества – сказать сложно... «Главный недостаток наших промышленников состоит в том, что они стараются сделать не лучше, но больше...» – меланхолически констатирует современник.

Впрочем, разводить теплолюбивую культуру в континентальном климате было непросто. Первый урожай собирали замечательный. Но спустя два–три года табак становился едким и безвкусным, и посевы надо было обновлять. На дорогие сигары всегда шел табак привозной, из Америки и Ост–Индии. Российский же табак, дешевых сортов, вывозили в Германию, Данию, Китай, Польшу, Турцию и Финляндию.

Вот список самых известных табачных фабрик России во второй половине XIX века: Зайцева, Миллера, Жукова, Петрова, Саатчи и Мангуби, товарищества Лаферм (Санкт–Петербург), Виноградова (Москва), братьев Коген (Киев), Асмолова, Кушнарева (Ростов–на–Дону), Криона, Поповых (Одесса), Дунаева (Ярославль), Герзона (Бердичев). Вскоре их ожидало серьезное испытание: распространение машинного производства.

«Сбережение» это отрицательно сказывалось на качестве продукта, зато на порядок удешевляло его. К началу XX века многие фирмы пали в конкурентной борьбе. Началось резкое расслоение рынка сигар дешевых, массовых – и благородных, отмеченных приверженностью традициям ручного производства.

Символ буржуазии
Как и в наши дни, сигары, особенно привозные, были популярны среди людей небедных: их качество свидетельствовало о достатке хозяина и уважении к гостям. Разобраться в названиях и марках сигар было нелегко: фабриканты и торговцы давали их произвольно. Ценители знали «домашние» способы определения их качества. Например, такой: по «горючести». Если сигара тлела в течение трех минут после затяжки, то табак считался «хорошо горючим», менее полуминуты – негорючим.

Лучшими считались, конечно же, сигары кубинские и доминиканские. Ввозя дорогие сигары, Россия вывозила дешевые, местной скрутки. Это было выгодно: немалый акциз «слагался со счетов» фабрики. Поэтому до 85% российских сигар шло на экспорт.

От сигар к курительным единицам
Первая мировая война и революции практически погубили российскую промышленность, в том числе и сигарную. Прекращаются поставки элитных табаков и покровного листа. Население переходит на самосад. Российские фабриканты эмигрируют и возрождают свои предприятия за границей. Так, товарищество «Лаферм» переместилось в Ригу, «Братья Шапошниковы» – в Голландию, «Богданов» – в Бельгию.

Когда в 1923 году Страна Советов рапортовала о восстановлении 80% дореволюционных табачных плантаций, сигары в их статистике исчезли, сменившись загадочно-бюрократическими «курительными единицами». Попытки возрождения продукта, очевидно, чуждого пролетариату, были неуместны, если не рискованны... Да и потенциальные потребители в условиях большевистского террора не хотели, наверное, искушать судьбу «буржуйским» пристрастием к сигарам.

Автор: Кирилл Тесемников
 

Категория вне кино: